Имеется и ещё одна причина, по которой трудно доверяться чести и совести врача. Врачи тут ничем не отличаются от других англичан: у большинства из них нет ни чести,  ни совести, а за них ошибочно принимают сентиментальность и сильнейшую боязнь сделать что-то не такое, чего все другие не делают, или вдруг не сделать того, что делают все вокруг. Это , конечно, соответствует своего рода повседневному , приблизительному понятию о совести, но означает также, что вы способны  совершить любой плохой или хороший поступок, если найдётся достаточное количество людей, которые поощрят вас, делая то же самое. Этот же вид совести позволяет поддерживать порядок на пиратском судне или в шайке разбойников. Могут сказать, что в конечном счёте иного вида чести и совести не существует,---одобрение большинства есть единственная этическая опора. Безусловно, рассуждение это справедливо в политическом плане. Если бы человечество знало факты и было согласны с врачами, тогда на стороне врачей была бы правда и любой инакодумающий был бы сумашедшим. Но в том--то и дело, что человечество с ними не согласно и фактов не знает. Всё, что можно сказать о популярности медицины,---следующее: пока не появится реального равноправного варианта к слепой вере в докторов, правда о враче останется столь вопиющей, что мы не сможем взглянуть ей в лицо. Мольер видел докторов насквозь, и всё же был вынужден к ним обращаться. У Наполеона не было на их счёт никаких иллюзий, но он умер в процессе лечения, как самый что ни на есть доверчивый простак, отдающий свои шесть пенсов за пузырёк с лекарством.  Очутившись в таком затруднительном положении, большинство людей, чтобы уберечь себя от невыносимого скепсиса и страдания или от фактического конфликта с законом в результате работы собственной совести, прибегает к старому правилу-----не можешь получить то , во что веришь, верь в то, что есть. Когда у вас заболевает ребёнок или умирает жена, а вы их очень любите, а если и не любите, то достаточно гуманны, чтобы забыть свои личные обиды при виде мук и гибели ближнего, то вы нуждаетесь в утешении, в поддержке, в чём-то таком, за что можно ухватиться, пусть даже это будет соломинка. Вот это и предоставляет вам врач. У вас возникает страстная, нетерпеливая потребность что-то немедленно сделать, и врач что-то делает; иногда это «что-то» убивает больного, но вы этого не знаете, а врач вас уверяет, что  сделано всё, что в человеческих силах. И ни у кого не хватит жестокосердия сказать осиротевшему отцу, матери, мужу, жене, брату или сестре: «Своей доверчивостью ты убил дорогое тебе существо».